19:52 

Жертва 2

Автор: Рыба ерш
Беты (редакторы): Рейнджер по жизни
Фэндом: Звездный путь: Перезагрузка
Персонажи: Кирк, Спок, МакКой и остальные.
Рейтинг: PG-13
Жанры: Джен, Драма, Даркфик, AU
Размер: Миди, 63 страницы
Статус: закончен
Описание:
Незаконный социально-психологический эксперимент... Что будет, если человека в раннем детстве поменять местами с его двойником из зеркальной вселенной? Есть ли у него хоть один шанс остаться собой в мире, где все вокруг вывернуто наизнанку? Где в словарях не найти таких понятий, как "дружба" и "честь", где кинжал под лопаткой - обычное дело, где даже солнца и то нет...
Наверно, это невозможно.
Но он попытается...
Публикация на других ресурсах:
Сколько угодно, только предупредите.



Глава 6
Во второй раз пробуждение было куда менее болезненным. Более того, Ухура с удивлением обнаружила, что может двигать поврежденной рукой без каких-либо затруднений. Кажется, тот, кто ее нашел, имел неплохой арсенал медикаментов... Она поднялась на ноги и осмотрелась. Обветшалые стены, низкий потолок и отсутствие окон намекали на то, что первое впечатление было верным, она действительно находилась в каком-то подвале. Источниками света служили многочисленные щели и пробоины в стенах, кажется, оставленные кумулятивными снарядами. Других людей в помещении не было. Куда подевался обладатель спокойного голоса, с которым она говорила, она понятия не имела. Да и был ли он вообще? Смутные очертания человеческой фигуры вполне могли оказаться галлюцинацией. Хотя, не сама же она сюда добралась?..
В любом случае, это отличный повод смыться!
Нийота направилась к сомнительного вида железной лестнице, ведущей к люку под потолком. Оружие на месте не оказалось, да и дорогу до Восьмой зоны найти будет непросто, но расплачиваться за спасенную жизнь хотелось еще меньше. Страшно представить, что у нее могут потребовать...
Крышка люка оказалась неожиданно тяжелой, а пытаться отодвинуть ее, балансируя на шаткой лестнице, было еще и небезопасно. Но как бы там ни было, отсюда надо убираться... Девушка попробовала еще раз, люк начал неохотно поддаваться, она надавила сильней...
Черт!
Проржавевшая ступень под ногой оборвалась с неприятным лязгом. Ухура попробовала уцепиться за что-нибудь, но тело, очевидно, еще не приобрело привычной ловкости...
Девушка успела отметить, что высота здесь небольшая, но, учитывая усеянный осколками пол, приземление не получится мягким. Она сгруппировалась, ожидая удара, но его не произошло.
Неожиданно сильные руки перехватили ее за талию и аккуратно поставили на пол.
- Я бы пока не советовал вам перегружать мышцы. Регенерационный гель справился со своей задачей лишь на восемьдесят два процента.
Дьявол, не успела! Теперь так легко скрыться уже не получится...
Она неохотно подняла глаза на собеседника.
Из горла вырвался изумленный возглас, сменившийся проклятиями, рука потянулась к кобуре. Вспомнив, что фазера при ней нет, она резко дернулась, пытаясь вырваться и ударить локтем в лицо. Куда там! Хватка у этого ублюдка была просто стальная...
- Не смей меня трогать, зеленокровый! - прошипела она, не оставляя попыток вырваться. - Хочешь меня убить - не тяни, но не прикасайся!
Вулканец убрал руки и легко отскочил в сторону. Ударить Нийота не успела.
- Я дал вам повод думать, что моя цель - убить вас? - голос остроухого выродка остался совершенно спокойным. Разве что четко вычерченная темная бровь взметнулась вверх.
- Не пытайся запудрить мне мозги, остроухий! Мне не нужна была твоя помощь! Я лучше сдохну, чем пойду на сделку с вулканцем! - она подняла с пола кусок арматуры и медленно двинулась в его сторону.
- Сделку? Если я верно понимаю значение этого слова, то оно подразумевает взаимное выполнение определенных условий. Я не ставил вам условий. Хотя буду признателен, если вы прекратите попытки причинить мне вред, - он легко ушел от удара и переместился в сторону.
- Не дождешься! Живым отсюда выйдет только один из нас!
- Я сомневаюсь в верности этого умозаключения.
Вулканец с невероятной скоростью оказался рядом, железный прут выпал из заломленной назад руки. Через мгновение Ухура оказалась прижата к стене.
- Я не имею желания к вам прикасаться, но вы меня вынуждаете, - будь прокляты эти ровные интонации. В них не слышно ни ненависти, ни даже презрения... Почему?! Она его враг, какого черта он так спокойно с ней говорит?!
Нийота снова попыталась вырваться. Безрезультатно...
Она с ненавистью посмотрела ему в лицо. Бледная кожа, темные глаза, аккуратная бородка и отвратительно острые уши.
Дьявол, ей бы и в кошмаре не привиделось, что она так близко увидит живого вулканца. Раньше она сталкивалась с ними только на ликвидациях, но там остроухие всегда обездвижены и угрозы не представляют...
- Я не намерен удерживать вас силой. Вы можете уйти, когда сочтете нужным.
- Хочешь сказать, ты просто так вытащил меня с того света?! - зло выдохнула девушка. - Что тебе от меня нужно?!
- Не думаю, что вы можете дать мне то, в чем я нуждаюсь, - показалось, или на этот раз за ледяным спокойствием вулканца скрывалась... горечь?
- Так я и поверила, что ты меня отпустишь! Что ты задумал?!
- Не думаю, что такая беседа конструктивна. Если вы не намерены вступать со мной в диалог, то я кое-что вам покажу. Дальше - решайте сами, - зеленокровый коснулся ее лица кончиками пальцев. Ухуру передернуло от отвращения, но уже через мгновение перед глазами возникла совсем другая картинка...
Прохладный металлический корпус ракетных установок... Они заряжены, они наведены на цели... Каждая из ракет имеет такую мощность, что ее хватит на то, чтобы уничтожить планету одним попаданием. Красная материя. Так называется вещество, на основе которого они работают... Откуда она все это знает? Откуда?! Откуда она знает, что наведены орудия на Землю и семнадцать других планет Империи?! И, самое страшное, откуда она знает, что все это - правда?..
- Что это?! - Ухура едва узнала собственный голос, ставший вдруг каким-то надтреснутым и тихим. Она уже не пыталась сопротивляться прохладным рукам вулканца. Сил не было даже на то, чтобы поднять глаза.
- Вулкан.
- Зачем?.. Почему ты показываешь мне это? Пытаешься запугать?..
- Вуланцы не запугивают. Я просто информирую вас о том, что, если совет Вулкана сочтет необходимым уничтожить Землю, ваша планета исчезнет через одна тысяча восемьсот двадцать одну секунду. А он сочтет, если ничего не изменится.
- Ложь! Если бы вы могли это сделать, то давно уже разнесли бы тут все к чертям, а не наносили бы точечные удары! - в отчаянии выкрикнула она.
Все это глупости, вулканские штучки, провокация! Но отчего же это невыносимое осознание его правоты?.. Остроухий ублюдок не может быть прав!..
- Вулкан не несет ответственности за разрушения на территории Империи. Пока - нет.
- Ты врешь! - Ухура снова рванулась, почти сумев достать ненавистного вулканца.
- Ваше оружие лежит у входа, там же вы найдете компас. В этом секторе нет сильных аномалий. Если вы пойдете по азимуту семьдесят градусов, то достигнете Периметра.
- Что ты?.. - его пальцы коснулись основания черепа, перед глазами потемнело.
Судя по ощущениям, она была без сознания совсем недолго. Когда Нийота открыла глаза, вулканца рядом не было. Люк оказался открыт, и она выбралась наружу. Возле спуска в подвал лежали фазер и компас...

***

Павел прислонился к пересохшему дереву и в сотый раз окинул взглядом осточертевшие руины. Пока его еще не определили на постоянное место службы, он был вынужден нести вахту на границе обитаемой зоны. И это он, самый молодой в мире обладатель креста "военных заслуг" второго класса! Человек, участвовавший в подавлении орионского мятежа!.. Когда же его личное дело будет рассмотрено Кристофером Пайком, и Чехову наконец предоставят должность, соответствующую его заслугам?.. А ведь в Шестой зоне он командовал атмосферным истребителем! И в его временном понижении виноваты зеленокровые... Как же он их ненавидел! Скорей бы началась нормальная служба, он с удовольствием пристрелит парочку этих тварей... Чехов их уже немало пострелял, но вряд ли ему когда-нибудь это наскучит.
Звук шагов заставил Павла отвлечься от своих мыслей. Энсин перевел фазовую винтовку в режим готовности и принялся ждать.
К его разочарованию, появившийся в прицеле объект не был вулканцем. Оступаясь на осколках и матерясь сквозь зубы, к линии Периметра приближался человек. Это был высокий мужчина в странного вида гражданской одежде. Оружия при нем Чехов не увидел. Судя по измотанному виду и невероятному количеству бетонной пыли на куртке и джинсах, человек довольно долго плутал по руинам.
- Стойте, держите руки на виду! - выкрикнул энсин, выходя из-за укрытия и приближаясь к нарушителю. - Вам известно, что покидать пределы обитаемой зоны запрещено? Предъявите ваши документы!
- Какие на хрен документы, нет у меня с собой ни черта! - раздраженно откликнулся тот. Чехов с удивлением узнал редкий для этих мест южный акцент. - Малыш, тебе вообще сколько лет?! Положи ствол, застрелишься еще случайно!..
Чехов ударил прикладом винтовки прежде, чем подумал о возможных последствиях. Никто не смеет так с ним говорить!.. Но, черт, если этот тип окажется выше его по статусу?.. С другой стороны, если у него нет документов, разрешающих покидать пределы зоны, то он нарушитель, и делать с ним можно все, что угодно. Но, если он обычный человек, то почему осмелился говорить в таком тоне с имперским военнослужащим?!
Мужчина попытался стереть с лица кровь, еще больше ее размазав, и удивленно уставился на свои пальцы.
- Парень, ты больной?!
Следующий удар пришелся нарушителю под дых. На этот раз он ни о чем не стал спрашивать, а выкинул вперед руку. Не ожидавший этого Павел не успел уклониться.
- Это сопротивление имперскому патрулю! - прошипел энсин и, отпрыгнув в сторону, выстрелил. Винтовка стояла на оглушении, мужчина мешком рухнул на землю.
Вызвав замену, Чехов дотащил бесчувственное тело нарушителя до служебного автомобиля и не без труда впихнул внутрь. С такими делами должен разбираться Пайк, вот пусть и разбирается. А для него, Павла, это отличная возможность выслужиться перед новым командиром. Глядишь, и должность быстрее дадут...

***

Сознание возвращалось неохотно, все тело ломило, в голове какая-то сволочь играла на андорианском бубне. Ах ты ж черт, второй раз за день - это уже слишком!
Не открывая глаз, МакКой попытался вспомнить, что случилось. Кажется, он вышел к населенному пункту, ориентируясь на человеческие биосигналы, улавливаемые его трикодером... По крайней мере, он к нему приблизился... А потом - встреча с каким-то психованным подростком... Наверно, стоило быть с ним повежливее, умалишенных злить опасно, но, черт, Леонард устал, как собака, и был дико зол на все вокруг!..
В лицо плеснули холодной водой, и доктор, чертыхаясь вполголоса, открыл глаза.
Твою мать...
Он был пристегнут к какому-то не слишком комфортному креслу, а перед ним стоял немолодой мужчина, одетый во что-то, пугающе похожее на форму офицера Звездного Флота. В руках мужчина держал странный предмет неизвестного МакКою назначения. Вот только сама поза незнакомца, положение его рук говорили о том, что это - оружие.
- Я - главнокомандующий имперскими войсками Восьмой обитаемой зоны, Кристофер Пайк. Вы будете отвечать на мои вопросы.
Ни хрена себе... А он, Леонард, наивно полагал, что у главврача в их госпитале голос властный!
- Кто б на мои вопросы ответил... - пробормотал он.
Пайк посмотрел на доктора почти удивленно. Потом коснулся его шеи той хреновиной, которая была у него в руках. Отстраниться не получилось...
МакКою пару раз доводилось получать удар током, но, черт, тогда это не было настолько болезненно. Доктор подавился застрявшими в горле ругательствами. Дьявол, давно он не чувствовал себя так хреново...
Да мать же вашу, куда его занесло?!
- Ваше имя?
- МакКой. Леонард МакКой... - сквозь зубы процедил он. Больше всего хотелось послать этого типа ко всем чертям, но сейчас лучше было не нарываться. В конце концов, он ведь бывал пару раз на планетах доварпового уровня развития, там тоже иногда приходилось заткнуться. Собственно, это и стало одной из причин, почему он бросил карьеру исследователя и пошел работать в гражданский госпиталь на Земле... Это, ну и аэрофобия, естественно.
Однако Пайку ответ, похоже, не понравился. Офицер недобро прищурился.
- Я даю вам еще одну попытку ответить. Только предупреждаю, если вы снова попробуете солгать, я вновь активирую агонизатор.
Так вот как этот чертов девайс называется... Очень... подходящее название.
- Как вас зовут?
- Я уже сказал! Леонард Горацио МакКой!
Агонизатор вновь коснулся горла. На секунду показалось, что сердце сейчас не выдержит, в глазах потемнело.
Кажется, он успел подумать, что это уже третий раз за этот долбанный день...
Холодная вода вновь заставила очнуться. Перед глазами все так же маячило лицо Пайка.
- Если вы хотели меня обмануть, вам следовало придумать более убедительную ложь. Случай с доктором МакКоем известен во всей зоне. Талантливый ученый... Жаль, он был так неловок, что упал в бассейн со своими подопытными пираньями... От него остался лишь обглоданный скелет. А вы не слишком похожи на кости... Я спрашиваю еще один раз: ваше имя?
Глава 7

Подавить эмоции было куда сложней, чем ему всегда казалось. Может, сказывался недавний мелдинг с землянкой, может, его наполовину человеческое происхождение, но сейчас эмоциональное состояние грозило выйти из-под контроля. Спок на секунду остановился и попробовал успокоиться. Если бы Верховный Совет Вулкана видел его таким, вероятнее всего, его бы просто отстранили от дальнейшего участия в исследовании.
Хотя Споку казалось, что, когда он расскажет Совету то, что сейчас узнал, старейшины и сами будут шокированы.
Все оказалось так просто и так страшно. Короткое слияние разумов с человеческой женщиной, во время которого он показал ей вулканские ракетные установки, дало ему возможность прочесть некоторые ее мысли. И так многое сразу стало ясно.
Они ничего не знают. Они искренне думают, что воюют с врагами Империи, с теми, кто лишил их солнечного света и разрушает их города. С захватчиками, с агрессорами. Дикое, безумное заблуждение. Земляне устраивают публичные казни, считая, что убивают шпионов...
Вот только на самом деле они казнили не шпионов, а наблюдателей. Ученых, возразивших решению Верховного Совета уничтожить Землю и другие планеты Империи.
Для старейшин все так легко, так логично... Люди вредны, люди отравляют космос, люди пытаются вторгнуться на вулканскую территорию, человеческое общество деградирует, их культура не представляет никакой ценности. Им давали время, посылали предупреждения, но ничего не изменилось. А значит, люди должны быть уничтожены. Никто из вулканцев не хотел геноцида имперцев, но многие сочли это вынужденной мерой. Как дезинфекция, как дератизация... Только Спок знал, что люди - не бактерии и не грызуны. Нельзя просто взять и перебить целую расу одним залпом сверхмощных ракетных установок. Ведь это разумные существа, наделенные интеллектом! Они могут изменить свои порядки! Разве вулканцы до появления Сурака многим отличались от них? Но теперь Вулкан процветает! Может, и Империя однажды прекратит бесполезное кровопролитие? Нужно помочь, нужно подтолкнуть человечество к этому, а не уничтожать.
В конце концов, его мать, Аманда, тоже родилась на Земле, но это не мешает ей быть образованной и умной женщиной. Более того, она входит в Совет. Тем больнее были для Спока ее слова. "Я ценю твою веру, но я жила там не один год. Это страшное место... Им не помочь". Вот и все, что его мать сказала о своей родине.
Однако с решением об уничтожении согласились не все. Было подано восемьсот сорок два протеста от жителей Вулкана. И Совет дал возражающим возможность доказать свою правоту. Стать наблюдателями на планетах Империи, найти аргументы, составить прогнозы, разработать другое решение проблемы. Ни один из них не отказался от этой возможности. Теперь Спок остался последним.
Восемьсот сорок один вулканец был убит имперцами. Кого-то убивали на месте, кто-то добровольно позволял взять себя в плен, чтобы войти в контакт с людьми... Спок видел некоторые казни, чувствовал боль и отчаяние своих соплеменников, которые так несвойственны вулканцам. Очевидно, им вкалывали какой-то препарат, заставляющий атрофироваться голосовые связки, потому что они молчали на протяжении всей процедуры. Не кричали, когда из них медленно вытаскивали внутренние органы, не пытались заговорить, не пытались остановить своих палачей.
Сегодня Споку по-настоящему повезло. Никогда ни один землянин не подпускал к себе наблюдателей так близко. Имперцы стреляли сразу и на поражение. А если понимали, что сила не на их стороне, то совершали совсем уж непонятое Споку действие - суицид. Сегодня он смог провести мелдинг. Теперь он знал, почему люди так стремятся их истреблять. Они просто считают, что защищают таким образом свою планету. Может, это случайная ошибка, а может, чей-то злой умысел, Совет разберется в этом. Но самое главное, что если развеять их заблуждение, то война между Империей и Вулканом прекратится. Может, люди даже примут помощь в восстановлении своей планеты.
Теперь главное известить Совет о своем открытии. Из-за аномального радиационного фона связаться через коммуникатор невозможно. Единственный выход - добраться до замаскированного в руинах вулканского корабля и вернуться на родную планету. Однако это не было простой задачей: слишком много непредвиденных факторов могли повлиять на ее достижение. Патрули, новые обрушения, аномалии, опасные хищники. Но при нормальных условиях Спок доберется до судна за четыре целых и пять десятых земных суток.
Нужно было спешить еще и потому, что срок, данный наблюдателям для исследования, истечет через девятьсот шестьдесят земных часов. И если к этому времени он не изложит Совету свои аргументы, ракетные установки будут активированы.

***

На этот раз сознание возвращалось какими-то урывками... Вначале вернулась боль, потом другие ощущения, и только потом - память. Дьявол!.. Угораздило же... Значит, он, Леонард МакКой, - обглоданный пираньями труп? Вот уж спасибо!..
Он лежал на чертовски неудобном полу и не мог понять, какого хрена его трясет. То ли это последствия длительного общения с агонизатором, то ли ему просто холодно. Первое, конечно, куда хуже. С такими приспособлениями МакКой прежде не сталкивался и понятия не имел, какие проблемы оно может повлечь. Может, повреждены нервные окончания, или нарушена работа сердца? Черт, а как проверишь, если оборудование забрали?.. Уроды! Еще и электрические ожоги остались...
Ладно, херня это все, пройдет. Главное из этой дыры поскорее выбраться, а остальное он уж как-нибудь переживет. Только прежде, чем переходить к действиям, надо хотя бы понять, куда его занесло. Это займет какое-то время. Нет, потом он обязательно сорвется, скажет этим отморозкам все, что он о них думает, а Пайку, пожалуй, даже в рожу съездит, но не сейчас... Сейчас надо взять себя в руки, надо сидеть тихо, надо присматриваться к окружающим... И самое главное - не паниковать.
Он попробовал сесть на полу, надеясь, что так ожоги на спине будут меньше болеть. Хрен там, стало только хуже... Ах черт!.. Когда Леонард вернется в Джорджию, он устроит Коулману настолько прекрасную жизнь, что тот пожалеет, что не убил его!.. Вашу ж мать, у него в офисе осталось незаконченное исследование, а он должен сидеть тут без всякой пользы, отвечать на тупые вопросы, а какой-то ублюдок еще будет тыкать в него своим долбанным агонизатором и обзывать его, Леонарда, трупом!.. Отлично! Просто потрясающе! Да он не был так зол с тех пор, как его оппонент на защите диссертации докопался до неточности формулировки! Какая там на хрен неточность, нормально все было, комиссия того дебила даже слушать не стала...
Так, ладно, сейчас не время всякие глупости вспоминать. Надо во всем разобраться... Ведь вертится в сознании какая-то догадка... А черт, голова-то как болит...
Тут начала открываться дверь. МакКой был, в принципе, готов к чему угодно: к новому допросу, к агонизатору, к расстрелу...
Твою мать!..
Нет, как выяснилось, все-таки не ко всему...
Вслед за Кристофером Пайком в комнату вошел Джеймс Кирк...
Парня доктор узнал сразу, ошибки быть не могло. Вот только... Стоп, а откуда за те часы, которые они не виделись, у совсем молодого мальчишки могло взяться такое количество седины?.. Да и лицо, вроде, то же самое и все равно какое-то другое... Черты немного острее, жестче... Да и не мог он за такое короткое время так похудеть... И глаза... Нет, не было у Кирка, приходившего к нему на осмотр, этого холодного, настороженного взгляда.
Горло перехватило, безумная догадка, которая билась все это время где-то на задворках разума и которую он, МакКой, старательно от себя гнал, вдруг перестала казаться бредом.
А жаль. Хреновая была догадка, хуже не придумаешь...
Несколько лет назад Леонард оказался в десантной группе, которую высадили на одну захолустную планетку, недалеко от Тау Волопаса... Что-то у них тогда сломалось в транспортаторе, и застрять пришлось надолго. Учитывая отвратную погоду - непрекращающийся ливень и ветер - согревались они народными методами. Короче, пили так, как МакКой себе обычно не позволял. Вот в один вечер их переводчик - немолодой тип с непроизносимой фамилией - дожрался до того, что начал нести полную ахинею. Говорил, что когда-то участвовал в экспедиции в какую-то зеркальную вселенную. Доверительно поведал коллегам, что там у каждого человека есть свой двойник, что ему повезло со своим не встретиться, но многим его друзьям повезло куда меньше. Сказал, что там нет солнца, что все люди там - злобные ублюдки... Много чего говорил, в общем, только вряд ли кто-то поверил. Леонард, например, счел это полным бредом. Мужчина наверняка просто пытался привлечь своими байками внимание их почвоведа - симпатичной брюнетки с неприлично большой грудью. Мало ли, кто что рассказывает, вот он, МакКой, когда клеил Кристину Чапел, тоже говорил, что участвовал в воссоздании эксперимента доктора Франкенштейна и добился успеха.... Ну а что, сработало, между прочим!
В общем, тогда доктор счел все это невозможным. Видимо, зря, потому что по описанию все отлично совпадало... И все сразу стало понятным и тошнотворно обыденным. Вот почему МакКоя сюда запихнули... Он случайно влез туда, куда его не приглашали. Теперь ясно и откуда у Кирка иммунитет к радиации и те проклятые антитела... Их подменили. Просто-напросто поменяли местами двойников. Доктор готов был спорить на все, что угодно, что тот человек, которого он недавно обследовал, родился именно здесь, в этой дыре. Значит, парень с ледяным взглядом, стоящий сейчас перед ним, когда-то жил на Земле...
Черт возьми, кто и на кой черт все это устроил?! Впрочем, Коулман наверняка был в курсе. Испугался, когда МакКой прицепился к странностям кирковской физиологии, и избавился от него. Ублюдок... Если он думает, что Леонард не найдет способ отсюда выбраться, то он плохо его знает!
Из невеселых мыслей доктора вырвал голос Пайка.
- Вот этот. Он явно психически нездоров, но неопасен. Считает себя Леонардом МакКоем. Документов у него нет, значит, прав тоже. Отведешь это имущество к нам. Он не очень вежлив и, кажется, не понимает, кто перед ним. Ты сделаешь из него образцового раба. Даю тебе две недели, - бросил он Кирку и, не взглянув на МакКоя, вышел.
Так, спокойно, спокойно, не сейчас... За "имущество" эти ублюдки потом ответят...
Кирк сделал шаг в его сторону, окинул спокойным бесстрастным взглядом, в котором читалось сдержанное любопытство, и, вытащив откуда-то большое красное яблоко, вгрызся в него зубами.
- Ты все слышал? - невнятно уточнил он.
- Спасибо, не глухой. И что же будет, если ты не справишься с поставленной задачей? - сквозь зубы процедил Леонард.
- Правило первое: рабы не задают вопросов, они только делают то, что им скажут! - отрезал Джеймс, даже не удостоив доктора взглядом. Казалось, все его внимание было сосредоточенно на яблоке. В свободной руке Кирка предупреждающе качнулся агонизатор.
Господи... Что этот хренов зеркальный мир с парнем сделал, во что он его превратил?!...
К злости примешивалась легкая брезгливость, находиться рядом с этой рептилией было противно. Совсем паршиво становилось от мысли, что этот человек когда-то жил на его, Леонарда, Земле, имел отличную наследственность; что его отец был героем Федерации планет... Джеймс не виноват, наверно, любой человек в этой вселенной стал бы таким. От этого осознания становилось как-то жутко...
Решив, что пока лучше не нарываться, МакКой молча двинулся за Кирком.

***

Когда Пайк вызвал его в штаб, Джим уже знал, что ничего хорошего это не означает. Боялся, что дорогой отчим узнал откуда-то о его прогулках за Периметром или еще о каких нарушениях... Вот черт, лучше б так и было. Потому что то, что Пайк ему, Джиму, поручил, было гораздо страшнее...
Что ж, Пайк - сволочь хитрая... Знает, что делает.
Лучший способ сломать человека - дать ему власть и заставь ломать других...
Вот только Джим меньше всего в жизни хотел превращать в раба этого мужчину с глазами свободного человека. Кирк вообще никогда прежде не видел таких людей. На нем не было печати страха, которой здесь, в Империи, отмечен каждый. Мужчина, назвавшийся МакКоем, смотрел скорее сердито, чем испуганно, в темных глазах плескалось раздражение и почти жалость.
- Ты все слышал? - спросил Джим, пряча глаза.
- Спасибо, не глухой. И что же будет, если ты не справишься с поставленной задачей? - с какой-то горькой иронией процедил мужчина.
"Что будет, что будет?.. Тебя ликвидируют ко всем чертям, а для меня этот урод придумает что-нибудь поинтереснее..." - мрачно подумал Кирк. Отвечать было нельзя. Нельзя, чтобы раб привык задавать вопросы. Стараясь не смотреть в пронзительные темные глаза, Джим предупреждающе качнул в руке агонизатор.
- Правило первое: рабы не задают вопросов, они только делают то, что им скажут!
"Ну только промолчи сейчас, ну пожалуйста... Только не заставляй пустить в ход эту проклятую штуковину... Я никогда этого не делал..."
Мужчина отчетливо скрипнул зубами, но промолчал.
- Как мне к тебе обращаться? - уточнил имперец. Все-таки рабство рабством, но называть-то его как-то надо...
- Я уже говорил. Я - доктор Леонард Горацио МакКой. Вас такой ответ не устроил.
Кирк на секунду задумался.
- ОК, буду называть тебя "Боунз", раз уж тебе так нравится считать себя костями...
Глава 8

Бесшумно ступая по бетонным полам казармы, Нийота подошла к койке О'Коннора. Она была кое-что ему должна, и сейчас был лучший момент, чтобы расплатиться. Заранее заготовленная банка с марсианским тарантулом приятно оттягивала карман. Убедившись, что никого нет рядом, девушка вытащила емкость с насекомым и мгновенье ей полюбовалась. Подумать только, О'Коннор считал ее, Ухуру, погибшей, но теперь это она держит в руках его смерть. Девушка потянулась к крышке, намереваясь выпустить ядовитую тварь, но замерла.
Дьявол, откуда эта нерешительность?.. Страх быть замеченной? Глупости! Никогда еще Нийота не попадалась на подобных вещах, уж она-то умела сделать все как надо! Тогда почему ей вдруг захотелось развернуться и уйти не оглядываясь?
Чертовы вулканские штучки!.. Вот уже несколько дней Ухура ловила себя на странных мыслях. Все вокруг отчего-то стало казаться другим, словно мир лишился привычных красок... Небо стало каким-то совсем уж серым, сослуживцы раздражали тупостью и мелочностью, и даже конкурировать с ними не хотелось. Раньше борьба за место под солнцем вызывала у Нийоты приятное чувство азарта, а теперь только какую-то усталую горечь.
Она списывала это на травму, на стресс, на утомление... Надеялась, что это пройдет. Однако теперь даже месть не казалась ей чем-то приятным.
Злясь на себя за эту идиотскую слабость, Ухура сунула банку обратно в карман, так и не открыв ее.
После возвращения из-за Периметра и доклада руководству ей дали несколько выходных. Про вулканца Ухура не упомянула. А кто бы поверил, что враг помог ей, ничего не попросив взамен? Наверняка бы решили, что она слила остроухому какие-нибудь стратегически важные данные...
Вроде бы все обошлось: начальство ничего не заподозрило, плечо почти уже не болело, но...
А черт, да все было не так! Почему? Ну почему проклятый зеленокровый ее спас?! Зачем? Какая ему с этого выгода?! Нийота то и дело возвращалась мыслями к этим вопросам и не могла найти ответ.
А еще она не могла выкинуть из головы образ заряженных и готовых к залпу ракетных установок.
Все это глупости, все неправда, вулканец специально это сделал!..
Ведь не может такого быть, чтобы остроухие могли разнести Империю одним залпом, но медлили...
Хотя тот зеленокровый тоже мог убить Ухуру... Да что там убить, он мог просто оставить ее, пройти мимо, она бы и так не выжила! Но он этого не сделал. Значит, так бывает?..
Нет! Он специально хотел запутать ее! Хотел, чтобы она ему поверила! Это просто отвлекающий маневр, это какая-то хитрость...
Но, черт, почему ей иногда кажется, что вулканец говорил правду?..
Стремясь выкинуть из головы все эти мысли, Нийота покинула территорию подразделения. Можно было пошататься по магазинам или зайти в какой-нибудь бар.
Ее окликнули. Узнав голос, девушка попыталась скрыть удивление и излишнюю радость.
- Грэг? А ты здесь откуда? - небрежно спросила она. С Грэгори Пайком они познакомились в штабе, и Нийоте тогда показалось, что тот проявляет к ней интерес. О лучших связях нельзя было и мечтать, так что Ухура очень старалась привлечь его внимание.
- Услышал о случившемся, захотел убедиться, что ты в порядке. Ну и заодно пригласить тебя куда-нибудь.
Грэг, насколько Нийота знала, был чертовски пронырлив, жесток и, как ей показалось, дико завидовал сводным братьям. Непонятно только, чему там завидовать... В любом случае, за представившуюся возможность заручиться такими связями Ухура собиралась хвататься обеими руками. Хотя Грэг ее здорово раздражал.
- Хм, уверена, после всего, что случилось, мне будет полезно немного развеяться, - мило улыбнулась она.
- Тогда я знаю отличное местечко! Доверишься моему вкусу?
- Безоговорочно.
Он повел девушку к своему флаеру, по-хозяйски положив ладонь ей на талию.
Ухура попыталась подавить растущее отвращение. Очевидно, что вечер кончится постелью, и почему-то от этой мысли Нийоту начало мутить. Да что ж это такое?! Как будто первый раз... Ведь неоднократно приходилось отдаваться черт знает кому ради дальнейшей выгоды. И каждый раз это потом окупалось! А как иначе бы она из беженки сумела стать патрульным? Может, это и не самая лучшая должность, но и это не такой плохой результат! По крайней мере, она добилась офицерских нашивок.
А теперь ей выпадал шанс получить протекцию адмиральского сына, а вместо радости к горлу подкатывает тошнота.
И в этот момент Ухуре стало по-настоящему страшно. Страшно оттого, что ей теперь предстоит жить в мире, где все вокруг ей глубоко отвратительно. Раньше среди бесконечных дрязг и предательств она чувствовала себя, как рыба в воде. Мир, где все меряется понятиями "выгодно" и "не выгодно", был ей близок и привычен.
А теперь...
Господи...
Она повернулась к Пайку и поняла, что не сможет. Не сможет делать вид, что он ей нравится, не сможет притвориться, что все хорошо...
- Останови машину, пожалуйста. Извини, я... Я, кажется, еще не оправилась, мне нехорошо. Я, наверно, лучше посплю.
Грэг удивленно на нее посмотрел и ухмыльнулся, как бы давая возможность одуматься.
- Так может, вместе поспим? А то смотри, второй раз могу не предложить.
- Останови машину, - глухо повторила она.
Чертов зеленокровый... Лучше бы он ее убил.

***

- Вот то, что я вам обещала, сэр, - Гейла протянула миниатюрное записывающее устройство.
Кристофер Пайк покрутил его в пальцах и сунул в нагрудный карман.
- Прекрасная работа, - он поощрительно улыбнулся. - Здесь все, что я просил?
Гейла молча кивнула. На душе было как-то мерзко, смотреть в глаза Пайку не было никаких сил. Она просто делала то, что должна была сделать. Никто не отказался бы от возможности наладить контакт с самим адмиралом! И все-таки было немного грустно оттого, что их странные свидания с Кирком придется прекратить. Кажется, он, и правда, ей нравился. Нравилась его нежность, так несвойственная всем предыдущим партнерам Гейлы, нравилось потрескивание старинной свечи, нравилась улыбка Джима, даже его странные разговоры нравились...
Но все это не смогло бы остановить орионку. Кристофер Пайк хотел получить запись всех их разговоров, и он ее получит. Кирк действительно подвергал сомнению правила Империи, он сам виноват! Гейла его за язык не тянула. Нечего было подставляться...
И все равно жаль, что не будет продолжения. Вспоминался их с Джимом последний вечер в заброшенном доме.
- Я люблю тебя... - кажется, удивляясь самому себе, шепчет он.
Гейла изумленно на него смотрит. Любит? Вот это новость! Разве так бывает, чтобы один человек любил другого? Любить можно Империю. Бывают люди, которые любят свою работу, вот тот же Монтгомери Скотт, например. Но разве можно любить человека?
Однако вслух орионка ничего не говорит, не хочется портить момент. Просто зарывается носом в его волосы. И на мгновение начинает казаться, что любить кого-то, и вправду, возможно...
- Надеюсь, теперь вы сделаете то, что обещали, сэр?
- Разумеется! Ты очень мне помогла. Естественно, я окажу тебе поддержку в дальнейшей службе. Выберешь любой корабль или подразделение, я распоряжусь, чтобы тебя перевели.
- Спасибо.
- Чуть не забыл! Пойдем, покажу тебе кое-что, что тебе обязательно пригодится в дальнейшем. Ты заслужила.
Гейла улыбнулась в ответ. Хотя особого энтузиазма она не чувствовала. Стало вдруг как-то все равно. Но и отказываться от своей награды девушка не собиралась.
Когда дверь отъехала в сторону, адмирал галантно пропустил ее вперед...
Оказавшись в пустой полутемной комнате, она все поняла сразу. Даже оборачиваться не было смысла. И все-таки Гейла обернулась, чтобы увидеть фазер в руках Кристофера Пайка. Страха не было, только тупое осознание того, что все кончено.
За свои ошибки надо платить... Пусть так.
Адмирал виновато улыбнулся.
- Ну ты же умная девочка, все понимаешь. Зачем ты мне теперь?
Она не ответила. Незачем.
Говорят, перед смертью перед глазами проносится вся жизнь... Нет, вспоминались лишь некоторые моменты. Образы всплывали в сознании короткими вспышками... Она еще успела удивиться тому, что вспоминается не единственная ее победа в ежегодных школьных соревнованиях на выживание, которой она так гордилась, не одна из ликвидаций остроухих. Вместо этого перед глазами стояли обшарпанные стены заброшенного дома, на которые отбрасывала неровные блики старинная свечка. Джим улыбался.
Когда тело орионки перестало содрогаться, Кристофер оттащил его к стене и, чертыхаясь вполголоса, принялся заталкивать труп в утилизатор.

***

За четыре дня, проведенные в этой чокнутой вселенной, у МакКоя было немало времени обдумать случившееся. Конечно, все его умозаключения основывались больше на догадках, чем подкреплялись фактами, но других объяснений он не видел. И вывод напрашивался один: если Коулман в свое время смог подменить Кирка, значит, он здесь бывал, а потом вернулся в их мир. Никакого специального оборудования у доктора Коулмана быть не могло, эксперимент-то проводился неофициально. А Леонард пришел к выводу, что это был именно эксперимент, вспомнив о том, что работал тот с Лестер, известным психологом и весьма специфической дамочкой.
Значит, есть какой-то способ выбраться отсюда без специальной техники. Скорее всего, где-то спрятан транспортатор... Вот только как его найти, если у МакКоя даже трикодер отобрали?..
Ну а пока МакКой не решил, что делать дальше, приходилось выполнять бестолковые распоряжения Кирка и молчать. Он уговаривал себя не лезть на рожон, чтобы не усложнять себе побег, но долго это продолжаться не могло. Нервы и так уже были на пределе, все чаще хотелась сказать мальчишке, что он думает о нем, о его приказах и обо всем их ублюдочном мире вообще. Обруч, который Джеймс в первый же день застегнул у него на шее, натирал кожу. Чертов ошейник... Кирк тогда предупредил, что с помощью этой штуки может убить его даже на расстоянии.
Короче, пора было завязывать этот цирк. Делать в этой дыре ему нечего, так что пора рискнуть, а там будь что будет. Ночью доктор твердо решил бежать. Найти транспортатор будет почти невозможно, но находиться в этом доме МакКой все равно больше не мог. Нужно было только снять долбанный ошейник.
Придя к выводу, что без электронного ключа это сделать невозможно, МакКой решил, что можно попытаться забрать ключ, пока Джеймс будет спать. Вероятность успеха небольшая, но куда деваться?
До ночи было далеко, сто раз можно успеть передумать. Все-таки любовью к авантюрам Леонард никогда не страдал. Он бы и передумал, если б была хоть какая-то надежда дождаться помощи с Земли. Только не было у него такого шанса. В его мире МакКоя, конечно, ищут, но кому придет в голову искать его здесь? Вскоре его объявят без вести пропавшим...
А про это проклятое зазеркалье МакКой за несколько дней узнал достаточно. Гораздо больше, чем ему бы хотелось, по крайней мере. Он не сможет здесь находиться. Не сможет и все.
Охренеть, ему всегда казалось, что его, Леонарда, мир не совершенен, и там полно законченных уродов... Что ж, отличный повод пересмотреть свои взгляды на жизнь...
Глава 9

Негромкое шипение и тихий щелчок возвестили о том, что запись прослушана до конца. Морщась, как от приступа зубной боли, адмирал включил повтор. Потом, едва удержавшись от того, чтобы шарахнуть устройство о ближайшую стену, с силой вдавил кнопку отмены.
Сколько не прокручивай запись, а разговор не поменяется, и слова, сказанные Джеймсом Кирком, не утратят свой преступный подтекст.
Дьявол! Пайк был невероятно зол, а главное, он был разочарован. Пожалуй, даже чувствовал некую обиду на пасынка.
Ну как же он мог?! Усомниться в целесообразности имперских законов, выгораживать вулканцев, критиковать установленные порядки...
Нет, мальчишка во многом прав, даже удивительно, как при всей имперской пропаганде он смог сохранить способность трезво мыслить... Вот только теперь становилось абсолютно ясно, как сильно он, Кристофер, ошибся в Джиме.
А ведь именно его Пайк всегда хотел видеть своим преемником. И речь даже не про пост начальника штаба...
Уже больше двух десятков лет Кристофер являлся одним из членов закрытого совета Империи. Именно эта организация приняла когда-то решение о сотрудничестве с ромуланцами... Именно они дали ромуланцам разрешение добывать из принадлежащих Империи звезд так нужный им редкий элемент, недавно открытый их учеными. Зачастую звезды после этого гасли, так произошло и с Солнцем. Однако цена была вполне приемлемой, так что сотрудничество с Ромулусом продолжалось, а все беды были списаны на вулканцев...
Закрытый совет полностью контролировал жизнь Империи. По их решению на Земле и остальных семнадцати планетах были установлены очаги распространения проникающей радиации, поделившие Империю на Обитаемые зоны. Для чего? Пайк и сам не сразу начал понимать, зачем уничтожать собственную атмосферу. А потом с опытом пришло и понимание...
Власть. Абсолютная, безграничная власть.
Нельзя управлять обществом, имеющим развитую инфраструктуру и возможность контактировать с другими видами, смотреть, как живут другие формы жизни... Слишком много будет самостоятельности, слишком многие возомнят себя свободными... У благополучных рас уже даже деньги не в ходу... Что на них покупать, если еда и одежда легко реплицируются, и даже космические перелеты уже не проблема для них.
И как тогда надавить на таких людей? Чем их можно напугать? Нет, над благополучной расой нельзя иметь настоящей власти. Не будет абсолютного контроля...
За несколько десятилетий закрытый совет сумел достичь своей цели. Империя превратилась в скопление Обитаемых зон, практически не имеющих связи друг с другом. Для того, чтобы вернуть общество двадцать третьего века на уровень стада, понадобилось не так уж много... Только голод, постоянная опасность и образ жестокого врага, который был возложен на вулканцев... Ну и, конечно, постоянная пропаганда и необходимость любыми средствами конкурировать друг с другом. Когда человек думает только о том, как выжить самому и подсидеть окружающих, ему становится не до сомнений и не до открытий.
Все записи, свидетельствующие о былой мощи Империи, все труды биологов, историков и философов были уничтожены или изменены.
Имперцам можно было внушать все, что угодно, они не имели своего мнения, все больше утрачивая способность адекватно мыслить.
Идеальный рабочий материал...
Пайк был весьма доволен своим положением, однако сидеть на Земле вечно он не собирался. За все, что он сделал, его ждала безоблачная старость на лучших курортных планетах ромуланцев. Так что рано или поздно придется искать себе замену.
Кристофер хорошо знал по собственному опыту, как тяжело носить на плечах такую ношу. Для того, чтобы вершить судьбу целых планет, нужна сила, нужен какой-то внутренний стержень, нужны ум и вера в свою цель.
Пайк видел в Джиме эту силу. Ему казалось, что однажды он сможет передать пасынку свои полномочия. Джеймс, да и Вайнона всегда считали, что он, Кристофер, недолюбливает Кирка, что он всегда поддерживал только своего родного сына, Грегори... Нет. Грэг не обладал нужными качествами, он слишком слаб для такого...
А вот на Джима адмирал надеялся. Старался воспитать его достойным преемником...
Да чего теперь рассуждать? После того, что Кирк наговорил той орионской дурочке, об этом не может быть и речи. Более того, рассуждения Кирка опасны. По-хорошему, его надо убирать, пока его сомнения не вылились в попытку поднять мятеж.
Но и спешить с этим не хотелось, все-таки мальчишка еще мог пригодиться.
Что ж, сомнения отлично лечатся страхом. Похоже, за годы своей жизни Кирк так и не научился по-настоящему бояться... Но это поправимо.

***

Джим торопливо прошел по коридорам особняка. Блин, ну как не вовремя Пайку что-то понадобилось... Гейла, наверно, уже ждет его в заброшенном доме за Периметром!
Гейла... Кирк сам не понял, в какой момент их странное общение стало для него чем-то настолько важным. Вот черт, они и не виделись-то всего день, а он уже скучает...
Джим прекрасно понимал, что привязанность - штука опасная, что из-за всего этого он теряет привычную осторожность, но притормозить уже не мог. Да и не слишком старался. Все-таки эти минуты понимания и откровенности стоили того, чтобы рискнуть. Право быть собой, не притворяясь, не обманывая, вообще стоит дорого...
У двери в кабинет отчима Кирк замедлил шаг, стер с лица неуместную мечтательную улыбку и, приняв привычный вежливо-безразличный вид, зашел внутрь.
Пайк склонился над столом и перебирал какие-то бумаги. Он поднял взгляд и кивнул на свободный стул.
Вроде все пока было нормально, но где-то под кожей вдруг заворочалось предчувствие опасности.
- Сэр? Вы меня вызывали?
Тот неопределенно повел плечами и продолжил разглядывать документы. Это длилось минут десять, потом адмирал решительно встал и приблизился к Кирку. Лицо офицера резко изменилось.
- Значит, Вулкан - не худшая наша проблема, так? Значит, мы не победим? - с опасным спокойствием процитировал он недавние слова Джима.
Кирк не сразу понял, что имеет в виду адмирал, для этого понадобилось несколько мучительно долгих мгновений...
А потом пришло понимание, острое, как лезвие плазменного ножа.
Он говорил об этом только одному человеку...
Видимо, на какое-то время Джим все же утратил контроль, и его чувства отразились на лице, потому что Пайк удовлетворенно кивнул.
- Думаю, отпираться не станешь.
Постаравшись вернуть себе внешнее спокойствие, Джим пожал плечами.
- Вы несколько искажаете мои слова. Я сказал, что мы не победим до тех пор, пока не перестанем грызться между собой. Я не призывал никого оставить службу. Я же не дезертир. Это были просто размышления, не более.
Он старался говорить бесстрастно и ровно, а в голове крутился только один вопрос...
За что?..
Ему плевать было на Пайка с его грозно сведенными бровями, на все возможные наказания, даже если его приговорят к ликвидации. Все, чего ему сейчас хотелось, это увидеть Гейлу, заглянуть ей в глаза и спросить...
- Ты не дезертир, ты идиот! Просто размышления? И ты додумался выложить их первой попавшейся шлюхе? - зло бросил Пайк. - А ты понимаешь, что если бы это выплыло наружу, то тебя приговорили бы к высшей мере, как предателя, а тень легла бы на всю нашу семью?! Твое счастье, что я позаботился о ее дальнейшем молчании!
Джим еще не успел до конца осознать смысл услышанного, но тело среагировало быстрее. Он вскочил и мгновенно оказался рядом с адмиралом, непослушные пальцы сомкнулись на шее Пайка.
- Где она?!
Зрачки офицера изумленно расширились.
- Ты сошел с ума! - прошипел он.
"Действительно... Нападение на старшего по званию. Вот я и заработал уже на вторую вышку. Хотя, чего стесняться, дважды все равно не ликвидируют..." - как-то машинально отметил про себя Джим.
Оправившись от шока, адмирал ударил коленом в живот и легко высвободился из захвата. В рукопашном бою не многие могли тягаться с Кристофером Пайком.
Он презрительно посмотрел на скорчившегося на полу пасынка.
- Орионка там, где ей самое место. А вот что с тобой делать, я теперь не знаю, - от его снисходительного тона стало не по себе. Кирк проигнорировал накативший приступ тошноты и рывком встал.
Черт, не дай Бог, селезенку порвал...
Он кое-как выпрямился и встретился взглядом с адмиралом.
- А вы не стесняйтесь, делайте, что привыкли! Или у вас заряд в фазере закончился? - устало отозвался он. Нестерпимо захотелось, чтобы все поскорее закончилось... Чтобы можно было оказаться в своей комнате, почувствовать спиной прохладную стену и стиснуть зубами ткань рукава...
Он сам еще не знал, что чувствует... С одной стороны, Гейла предала его... Но к обиде примешивались и горечь утраты, и непонимание... За что? Почему она это сделала?
Теперь не спросишь... Намеки Пайка однозначны, орионка мертва.
Стало как-то совсем пусто и безразлично, что будет дальше.
- Успокоился? - поднял бровь начальник штаба.
- Так точно, сэр.
- Инцидент пока останется между нами. Но имей в виду, запись ваших разговоров хранится у меня. А сейчас ты пойдешь в камеру агонии. И завтра. И послезавтра. Ты будешь ходить туда каждый вечер.
Сил, чтобы по-настоящему испугаться, у Кирка просто не было, но ему вдруг стало очень холодно. Небольшая кабина на втором этаже особняка была предназначена в основном для воспитания рабов, но Пайк имел право применить ее и к Джиму. Использовали ее нечасто, слишком накладно выходило... Рабы, может, и приравнивались к вещам, но и вещами не стоит разбрасываться. А одного-двух раз многим хватало для летального исхода. Те, кто выживал после нескольких раз, работать тоже не могли. Джим видел этих людей, но очень старался не вспоминать. Трясущиеся руки, подергивающаяся голова, заикание... А часто и умственные расстройства. Их потом дезинтегрировали, из-за нежизнеспособности...
В общем, этим достижением техники больше пугали, чем действительно его использовали.
- И как долго мне предстоит туда являться... сэр? - уточнил Джим, стряхивая с себя оцепенение.
- Пока мне это не надоест, - отозвался Пайк, возвращаясь к лежащим на столе документам.
Он сам не заметил, как дошел до камеры. Думал Кирк совершенно о другом, и эти мысли не оставляли места страху. Однако, когда гладкий корпус кабины возник перед глазами, пришло осознание.
Здесь все закончится. Не сегодня, так завтра или послезавтра... И тогда уже не будет ни Звездного Флота, ни прогулок за Периметром, ни полных солнечных бликов и зеленой травы снов... Вообще ничего не будет.
Казалось бы, терять тут особо нечего, но все равно стало как-то жутко. Сдаваться Джим не собирался. Пока будут силы, надо держаться. Главное, не кричать. Кричать здесь нельзя. И дело не в гордости, просто, если показать свою слабость, обязательно найдутся желающие добить. Уж лучше казаться неуязвимым...
Понимая, что тянуть время нет смысла, Кирк шагнул в камеру, дверь с легким шелестом закрылась...
Все-таки человек - на редкость приземленная скотина. Несколько минут назад Джиму казалось, что забыть про все случившееся он не сможет даже на время, но обычная физическая боль напрочь вытеснила любые мысли. Хотя нет, боль не была обычной...
Кирку всегда казалось, что по части сыплющихся на голову шишек он в жизни неплохо преуспел: шрамы покрывали чуть ли не все тело, да и на агонизатор он нарывался не так уж редко... И все равно сравнить камеру агонии оказалось не с чем...
Когда он, наконец, оказался снаружи, думать он мог только о том, что нужно стоять ровно. Коридор расплывался перед глазами, дышать было тяжело и чертовски больно, но нужно было дойти до комнаты. Кирк не сомневался, что на него смотрят, и если он хоть на секунду проявит слабость, то ему обязательно помогут отправиться на тот свет. Грэг, жена Сэма, Арилан, считающая, что Джим мечтает отобрать их долю наследства, рабы, в конце концов...
Еще никогда этот коридор не казался Кирку таким длинным, возникало ощущение, что он вообще никуда не идет, а просто топчется на одном месте...
Не опускать голову... Не сбавлять шаг... Не кричать...
Наконец, из мутноватой дымки проступили очертания нужной двери.

***

Весь день МакКой старался незаметно наблюдать за Джеймсом. Вечером парень, видимо, основательно проштрафился, потому что был направлен в камеру агонии. Про это место Леонард немало успел услышать жутких историй. В бараке, где жили рабы, этого устройства боялись, как огня.
В общем-то, если Кирк будет в полубессознательном состоянии, ключ забрать будет гораздо легче... Хотя всерьез обрадоваться чужой беде почему-то не получалось, даже если речь шла о Джеймсе Кирке, человеке, которого доктор за эти несколько дней люто возненавидел. И все-таки не воспользоваться этим случаем МакКой не мог.
Правда, жуткие рассказы про камеру агонии, видимо, оказались сильно преувеличены. Кирк вышел оттуда с обычной своей каменной рожей и уверенной, пружинистой походкой направился к себе.
Выждав некоторое время, доктор бесшумно поднялся с того, что здесь заменяло ему кровать, вытащил из-под пропахшего плесенью поролона спрятанный утром нож и, стараясь не шуметь, выбрался в коридор.
По правде говоря, он не был уверен, что в случае необходимости сможет пустить импровизированное оружие в ход. Мать вашу, здесь любой, не задумываясь, смог бы его, МакКоя, прикончить, а он сомневается, что сможет сделать то же самое... Конечно, эта чертова вселенная быстро стирает из памяти понятие о гуманизме, но черт... Он все-таки доктор, а не убийца! И никакое хреново зазеркалье не заставит его переступить через это!.. Наверно, убив человека в случае самообороны, Леонард не долго бы переживал, но вот прирезать кого-то в полусне - это совсем другое... Слишком подло, слишком в духе этой гребанной вселенной.
Так что доктор не представлял, что делать, если Джеймс не будет спать или проснется, пока МакКой будет вскрывать дверь. Да и получится ли ее вскрыть - это тоже большой вопрос.
Короче, шанс выйти живым из этой долбанной тюрьмы был настолько мал, что лучше было об этом не думать. Но выхода-то другого один хрен не было...
Он постоял возле комнаты Кирка, убедился, что оттуда не доносится ни звука, и потянулся к замку.
К его удивлению, дверь не была заперта...


@темы: Star Trek, фанфики

URL
   

riba-ersh

главная